Рубрика: Свободное

Громкие дела

Нечастый в наших широтах жанр — приглашение к общественному обсуждению устройства судебной системы. Из похожих в памяти сразу всплывает позднесоветский сборник «Суд присяжных«, в который вошли речи Плевако и других популярных ораторов имперских времён, который был посвящён обсуждению возвращения суда присяжных в советскую практику.

Эта же книга ставит один конкретный вопрос — «На сколько и когда было/может быть оправдано применение высшей меры наказания?» Для рассмотрения берутся самые острые примеры — две из трёх расстрелянных в СССР женщин, несовершеннолетний грабитель, маньяк Фишер и безобидные жулики. Рядом рассматриваются дела страшных или просто похожих преступников, которым удалось по тем или иным причинам высшей меры избежать.

В основной своей массе информация подаётся беспристрастно, хотя местами заметна авторская оценка. С другой стороны, нам открывают доступ к свежерассекреченным документам, можно и свои выводы сделать, исходя из полученной информации.

Из негативного — порой тон изложения слетает в желтуху, особенно перед публикованием новых сведений. Работа в газете оставляет отпечаток.

Интересная книга, не только предлагает подумать о смертной казни, но и показывает реалии тех лет: ради чего люди шли на преступления и как был устроен быт и общество.

Искусство чайной церемонии

Вчера (15 декабря) был международный день чая.

Эта книга из 2005 года — продукт своего времени. О чае не «со слоном» у нас только начинала говорить широкая общественность и стали появляться специализированные магазины. На чуть менее, чем 200 страницах авторы пытаются направить неискушённого читателя в новом мире.

Начинается книга с попыток поведать читателям об истории распространения чая. Эта глава — самая печальная и упоротая. Местами она напоминает кривой перевод западной популярной литературы (кроме частей про Россию, о таких мелочах западные авторы обычно не пишут). Странное построение предложений, согласование и перескок на 100 лет вперёд и обратно создают воистину психоделическое ощущение от этого экскурса в историю.

К счастью, дальше всё становится куда лучше. В книге популярно расписаны китайская и японская (часто встречающаяся в аниме) церемонии, английский чайный этик и русские чайные обычаи с самоваром. Особо глубоко в детали авторы не входят, но рассказывают и про сортировку чая и про все термины, так что при желании можно довольно быстро и легко расширить заинтересовавшие моменты.

Также к английскому и русскому разделу прилагаются рецепты национальных кухонь, а в конце есть ещё рецепты напитков на чае.

Бонусом идёт рассказ про мате, его историю, метафизические принципы церемонии с ним и сама церемония (правильный подход к употреблени).

Все вышеозначенные разделы сопровождаются уютными и немного наивными иллюстрациями в стиле 90-ых.

Хорошая книга, местами смешная, довольно полезная, да ещё и с рецептами. Понятно, что с тех пор было выпущено много литературы с качественными иллюстрациями и появились ютуб-каналы по теме, однако, для начинающих — это хорошая рекомендация, где все азы компактно собраны под одной обложкой.

Everything

Метаигра — симулятор всего.

С порога Everything показывает, что она британская до мозга костей (хоть О’Рейли и ирландец — видимо у них там на островах юмор очень похож). Рассказывая о глобальных философских вопросах будем катать модельки животных, как ящики. Это соседство крупных тем и малых форм сразу вызывает ассоциации с Автостопом по галактике.

Игра рассказывает про всеобъемлющую связь всего со всем. Игроку же предлагают вселяться в разные предметы и путешествовать по галактике. Каждая сущность, будь то атом гелия, телефонная будка, планета, галактика или линия может петь, танцевать, собирать в группы с себе подобными и размножаться. Можно слушать мысли других и иногда думать самому. Иногда вместо мыслей проскакивают аудиозаписи Алана Уоттса (Alan Watts), у которого подобный нью-эйдж взгляд, несмотря на эклектичность, называется философией.

Собственно, на этом всё — остаётся только исследовать мир, находить новые предметы и вселяться в них, разблокируя их в базе данных, чтобы иметь потом возможность в них перевоплощаться.

Отсутствие чётких целей и задач позволяет спокойно медитировать и любоваться приятной картинкой. В данном случае достижения в Стиме позволяют хоть как-то направить геймплей.

Игра может играть сама в себя, показывать красивые виды, и исследовать фрактальный мир, так что для получения большинства достижений достаточно оставить её наедине с собой на какое-то время. Наблюдать за ней на фоне порой так же интересно, как и управлять процессом познания самому.

Из минусов можно сказать, что игра вообще никак не подкрепляет постулаты Уоттса, ведь никакой взаимосвязи между объектами не ощущается. Движение планет не меняет орбиты их соседей, близость к солнцу не повышает температуры и так далее. Понятно, что реализовать подобного рода механики в тысячи раз сложней, чем сделать то, что получилось, но все равно, ощущается некая недосказанность. «Всё вместе», «всё есть во всём» и так далее — «вот красивая картинка (для таких масштабов — на самом деле достойная), а дальше преисполняйся мудрости самостоятельно».

Как интересный эксперимент в индустрии Everything великолепна. А вот как «симулятор всего» — лучше её даже не рассматривать)

Manifold Garden

Редкая игра предлагает побывать внутри огромных фрактальных структур, да при этом ещё и оформлена столь стильно.

Manifold Garden — очень красивая пространственная головоломка. Инструментарий и механики здесь довольно просты и их немного, но представлять новые возможности игроку здесь умеют.

Головоломки сделаны классно, рассчитаны на использование фрактальности и зацикленности игрового мира. Основной упор здесь на пространственное мышление.

Сложность растёт к середине, дальше уже начинаешь понимать, что дизайнер уровней использовал все свои уловки и теперь только рекомбинирует старые приёмы.

Есть ещё секретные достижения, но для их получения нужно посмотреть на игру под другим углом, а это уже другая история.

Музыка классная, сама игра стильная и красивая. В меру сложная с дополнительным уровнем сложности для собирателей достижений. Образец отличной головоломки.

Пчела отвергает мёд

Провокационное громкое название книги на деле оказывается пшиком. Бринкман, пытаясь разоблачить тренеров личной эффективности, сам орудует в основном их же арсеналом — бесконечной долбёжкой в мозг одними и теми же радикальными фразами, опираясь, в первую очередь, на эмоции. Возможно, это просто попытка достучаться до привыкшего к такому обращению читателя, но в итоге книга оставляет удручающее впечатление и, скорее, вызовет отторжение к рассматриваемым в ней идеям.

Основные постулаты автора:

  • культура постоянного саморазвития вредна и вытравливает радость из жизни людей
  • поиск ответов внутри себя — это блажь, человек определяется через его взаимодействие со внешними вещами
  • нужно читать художественную литературу
  • умеренность позволяет жить более цельную жизнь
  • чувство долга и ответственности — основа для принятия решений
  • этические нормы актуальны в определённые моменты времени
  • всё нужно подвергать сомнению

Самая большая проблема книги — в ней вовсе не уделяется внимания поиску причин происходящего. Читая ворчание Бринкмана, начинает казаться, что саморазвитие — просто новая мода, которая пришла на смену религиям и политическим идеологиям. Про базис, надстройку и тотальную конкуренцию в развитом капитализме автор, видимо, не слышал, ибо, похоже, не забирался дальше античных философов.

Использование поверхностных формулировок и преувеличений также не идёт на пользу пропаганде осознанности. Понятно, что ответов «на все вопросы» внутри себя нам не найти, но неужели внутри у нас совсем ничего нет? Ответы на все вопросы лежат вовне? Тогда почему же люди всё-таки отличаются? Даже те, кто живёт в одних внешних условиях? Зачем устраивать мысленную полемику с отбитыми радикалами-ньюэйджерами парируя такими же радикальными аргументами? Выглядит абсолютно неадекватно и неумеренно.

Культура саморазвития без границ, конечно вредна, если полностью в неё погрузиться — то ничего, кроме вечной неудовлетворённости собой, человека в этой культуре не ждёт. Но развиваться-то тоже нужно, главное — отношение к происходящему. Сто раз продолбив читателя в голову своей идеей о бесполезности самопознания можно было бы хотя бы разок и что-то подобное озвучить.

Новые вещи порой действительно хуже старых, но не все. Причина снижения качества того, что нас окружает кроется в сокращении издержек производителем. Но бывают и случаи, когда издержки снижаются за счёт открытия и внедрения новых технологий, обеспечивающих ещё и качественное превосходство новых изделий над своими предшественниками.

Ответственность и чувство долга, несомненно, помогают личности раскрыться, только вот для этого личность должна понимать, что и зачем она делает. Не нравящийся автору инфантилизм у многих возникает во многом благодаря тому, что новым поколениям душно в повторении семейных традиций, сложившихся в обществе, а своего пути придумать мозгов хватает не каждому.

Опираясь в одном абзаце на этику и мораль, уже через полстраницы автор говорит о том, что этические нормы — это субъективно. Ну и оправдывая предлагаемую мировоззренческую систему (которую и системой-то смешно назвать), автор капитулирует, говоря что-то вроде «всё нужно подвергать сомнению, нормально, если вы не будете доверять и моим словам».

Единственная интересная часть в книге — это справочное послесловие, посвящённое стоицизму в Греции и Риме. Автор даже киников упоминает — воистину неожиданная глубина для книги подобного жанра. Автор пытается обращаться к Сенеке и Цицерону на протяжении всей книги, но в этой главе говорит о том, что у них всё же много лишнего и неактуального. Боюсь представить предполагаемый авторов уровень развития целевой аудитории.

Не читайте эту белиберду. Открывайте «Письма к Луцилию» Сенеки и читайте по письму-другому в день. Там красивый язык, да и аргументация у Сенеки за 2 тысячи лет не потеряла своей актуальности, в отличие от этого «типа заумного» брюзжания, несущего в себе все болезни той литературы, с которой автор решил вдруг бороться.

Пятая печать

Очень интересный фильм-притча про философию обывателя.

Заканчивается Вторая мировая война, но для жителей Будапешта она обостряется ещё и тем, что помимо приближающейся линии фронта, внутри страны произошёл государственный переворот, приведший к власти ультраправых, тем самым, страна шагнула сразу в агонизирующий радикальный фашизм.

Несколько завсегдатаев кабачка сидят в затемнённом подвальчике и говорят на свои обывательские темы (где добыть вкусной еды, как лучше приготовить корейку), пока пришедший с улицы фотограф не начинает подначивать их провокационными вопросами.

Примечательно, что на подобные вопросы его спровоцировали слова трактирщика о том, что война не может являться способом решения каких-либо проблем. В итоге все сводится к тому, что невозможно стоять в стороне от происходящих глобальных событий. Часовщик придумывает вопрос — кем предпочли бы стать его собеседники — жестоким тираном со спокойной совестью или его рабом, безропотно сносящим все зверства.

Выбравшего жертвенность фотографа подозревают в неискренности, что лишь больше укрепляет его в желании помочь его случайным собеседникам сделать выбор.

Сцена ночи в раздумьях раскрывает персонажей с другой стороны — простоватый трактирщик пытается подстелить себе соломки везде, он и салашистам услужливо помогает и поддерживает материально жену расстрелянного коммуниста (вдруг Будапешт падёт?). Позиция раба Дюдю ему в принципе непонятна.

Честный плотник, наоборот, горюет о том, что не может себя увидеть в роли Дюдю. Ему чрезвычайно за это стыдно, но и обманывать себя и жену он не может.

Книготорговец, максимально старавшийся уйти от этой темы за столом предаётся пьянству и разврату (тотально порезанными советской цензурой), для него сам по себе вопрос лишён всякого смысла.

Размышлений же хитрого часовщика нам не показывают. Ему и так есть, чем заняться.

Вскоре все персонажи окажутся вынуждены выбирать стороны в происходящем конфликте. Только вот выбирать не приходится, если выбор был уже изначально сделан. В наставления инструктора из Гестапо также заметен недосмотр — его методы работают только против обывателей.

Прямых ответов автор не даёт, так что выше лишь моя интерпретация этой притчи.

Эволюция без границ

Нечасто получается встретить и ныне развивающихся достойных представителей старого доброго Web 1.0, поэтому каждая такая встреча оставляет приятное послевкусие.

Нынешняя находка, как обычно это и бывает в таких случаях, попала в поле зрения совсем случайно. Пытаясь найти оригинальную книгу с динозаврами из фрагмента фильма, где обложку подменили комбинированной съёмкой, я напомнил и себе о переиздании этой книги, которую очень любил рассматривать в детстве, а также нашёл сайт с разгромной критикой её достоверности.

Биологические ляпы — это весёлый раздел сайта, где можно найти разбор тысячи ошибок в книжках, многие из которых знакомы с детства. Приятно, что автор всегда рассказывает правильный ответ и местами чрезвычайно остроумно стебётся над невежеством журналистов и научных консультантов крупных изданий.

Есть у раздела и чуть более обновляемый аналог-зеркало на ЖЖ. Там, например, можно поглядеть на разбор Детской Энциклопедии от Аванта+, книги из серии, которая во времена без Интернета, казалось маленькому мне абсолютной истиной. Справедливости ради могу лишь сказать, что этого конкретного тома у меня никогда не было.

После изучения, оказалось, что Сайт Павла Волкова Эволюция без границ жив и функционирует до сих пор, а на форумах (слово-то какое, уже стало забываться) ведутся баталии о возможности возникновения и качествах птичьих цивилизаций.

Автор сайта ведёт активную популяризаторскую деятельность и не боится открыто бороться с креационизмом, в том числе и в его научном проявлении. Это заслуживает уважения.

Ещё Павел перевёл классную книжку про рыб, где в духе биоляпов не стесняется поправлять автора.

В общем, очень хороший и интересный сайт. Определённо заслуживает посещения и места в Избранном.

Триумфальное возвращение

Прошла всего неделя. Но теперь можно и к японскому вернуться. Нравится.

При этом по чистому совпадению вспомнился Дуолинго утром в тот день, когда стал акционерным обществом. Забавно. Ведь не помню, чтобы где-то про эти новости не слышал.

Об ограниченности ума

Привыкнув к философским трактатам античности или максимум середины ХХ века, как-то не задавался вопросом о том, чем же занимаются философы сегодня.

Как видно из заголовка, в труде затрагивается достаточно интересная тема, которая перекликается с результатами большинства исследований, хором говорящих о том, что мы знаем лишь малую часть потенциала человеческого мозга. Попытке ответить закономерный вопрос — почему же мы не видим проявлений этого потенциала в нашей повседневной жизни и посвящена эта книга.

Причины, породившие окружающий нас мир постмодерна, очевидно проистекающий из ограниченности массового сознания, не могущего помыслить альтернативы существующему порядку вещей, довольно очевидны — ограничения человек накладывает на себя сам, как в рамках внутренней психологической борьбы с бессознательными, так и в попытках организовать мирное и продуктивное сожительство.

Смирнов искусно делит возможные причины и проходит по каждой из них в отдельности. Собственно, структура книги явно отражает шаги и углы обозрения предмета. Вытеснение травмы, табу, тотем, перекладывание ответственности, а с ней и свобод на авторитет — по каждому из этих пунктов проведено интересное исследование.

Несмотря на интересный материал и соображения автора, вызывает книга двоякие ощущения. Обилие явно переусложнённых или устаревших («нейрональный» вместо «нейронный», или «семисферы головного мозга») терминов в рассуждениях может быть авторским стилем, однако явно снижает эффективность в донесении самой мысли до широкой аудитории. Порой концентрация подобного рода реликтовых слов вызывает подозрения, что они туда вставлены далеко не случайно.

С точки же зрения самой научности тоже не всё гладко. Несомненно, пытаться объять столь широкую тему с привлечением аргументации из истории, политологии, психологии и медицины вряд ли под силу кому-то одному. Однако, упоминание «правополушарного» мышления несколько удручает, ибо даже не имея медицинского образования можно знать о том, что этот миф о глубоком разделении функций «семисфер» был развенчан более 10 лет назал.

Ко всему прочему для чисто научного исследования в труде слишком много от самого автора. Детские воспоминания, история из жизни — мало подходящий материал для беспристрастного анализа.

С другой стороны за красивые пассажи вроде «господство копий, отнимающих у художественного оригинала «ауру», предстает дающим два эффекта: эстетизацию политики в фашистском государстве и политизацию эстетики – в большевистском» книге можно простить многое.

Печально, что эмоционально порицая советский эксперимент и всё с ним связанное, автор сам же поддерживает безальтернативность в восприятии наступившей реальности.

Забавно, что книге, повествующая о том, как человечество брело в тупик и поймало себя в ментальную ловушку постмодерна, в итоге, наоборот, даёт надежду на продолжение развития человечества и смену общественной парадигмы. Ведь приводя примеры из истории, автор наотрез отказывался рассматривать экономическую составляющую общественного устройства на том или ином этапе.