Эссе Кракауэра, написанные уже почти 100 лет назад, обнажают один из наиболее остро стоящих сейчас вопросов — система капиталистического производства уткнулась носом в псевдорациональность и буксует, не принося радости и не думаю ни о ком, из своих звеньев.
Наблюдение для тех лет свежее, однако в нём практически полностью отсутствует как анализ причин, так и попытки поиска выхода из сложившейся ситуации. В итоге воз и ныне там.
Остальные его работы в данном сборнике местами трогательные, местами напоминают брюзжание. Рассмотрение фотографии, как изначально неполноценного способа описания реальности, ведущего к её деконструкции вызывает скорее сочувственную улыбку.
Тон повествования во многом напоминает Зебальда, наблюдения отстранённо умиротворённые и приятные. Правда, иногда пробивает брюзжание автора, вызванное его элитарностью.
Продолжаю знакомиться с биографией Ленина. Удручающее впечатление создают его попытки что-то поменять в создававшейся системе и бороться с нарастающим бюрократизмом.
При ознакомлении с биографией Ленина становится понятно, что всегда подразумевалось под «работой» на всех мемориальных досках и кратких справках.
Анализ ситуации и выработка предложений — важная часть в любой деятельности. Ленин терпеть не мог говорильни и пытался выжимать максимум вопросов и предложений из имеющихся данных.
К сожалению, ещё Маяковский писал про «прозаседавшихся», а в перестроечную пору «работа» и «определение подходящего момента» стали чем-то вроде мемов, посвящённых той самой тупой говорильне.
Пусть я и не жалую всякую мотивирующую муть, но эта история выглядит даже для меня довольно интересной, пусть и обсасывает простейшие вещи, забыть о которых нас постоянно подталкивает окружение.
Давно хотел рассмотреть деградацию отечественного телевидения на примере подростковых передач, приведя в пример «До 16 и старше» и практически полное отсутствие её аналогов в нулевые и десятые годы. Правда, можно на примере этой же передачи посмотреть как менялось телевидение в целом.
В 90-ые мне было меньше 10 лет и, понятно, что попадая на такие передачи, я обычно предпочитал мультики (или Криминальную Россию), но, тем не менее, иногда смотрел и «До 16 и старше», в те далёкие годы без интернета это была хоть какая-то возможность узнавать о том, что происходит на улице.
Сегодня же, когда мне что-то подобное попадает в предложку, то поражает степень открытости людей и подростков, которые говорят о своих желаниях и стремлениях.
Понятно, что в рамках гласности позднесоветские выпуски в основном били по социальным проблемам и обличали покровы, однако между всей конъюнктурной начинкой были и вполне себе живые сюжеты, где подростки пытались разбраться в вечном.
11 лет спустя большая часть разговоров ведётся уже больше о субкультурах (что здесь, что в выпуске про скинхедов), а вставки с самодеятельностью и актуальными перестроечными рокерами заменили Scooter и Bloodhound Gang.
Конечно дискуссионность здесь ещё остаётся, сегодня, к примеру, адекватно рассматривать тех же зацеперов вообще нигде не могут, даже в интернете, кроме как на зацеперских форумах их точка зрения нигде не представлена. Ну а на скинов есть 282 статья. Лексика всё ещё кажется заоблачной, а рассказывают люди о себе не за деньги, из искреннего желания поделиться. Остатки советского мышления в обществе дают о себе знать.
Если же даже отойти от таких радикальных течений, то несложно заметить, что от искреннего обсуждения основных идей и абстрактных понятий люди постепенно стали прятаться за ширмами субкультур, а позже и вовсе ушли в постметаиронию.
Сегодня даже в интернете сложно найти людей, которые искренне пытаются донести до других свои открытия, опасения и стремления. Большая часть видео на ютубе сделаны ради рекламы или хайпа, чтобы эту рекламу вставить.
Отчасти это происходит из-за страха конкуренции, а вот отчасти от доступности информации. Большинству людей кажется, что с интернетом все всё знают. Однако точно так же можно было сказать и в 80-ых. В каждом селе есть библиотека с Большой Советской Энциклопедией — чего ещё какие-то книги писать и передачи снимать, однако же развивать идеи нужно и важно.
Без развития идей все мы скатимся к заштампованно-образному мышлению и получим те же искажения, что и «верующие по умолчанию», которые не читали своего священного писания и просто «за всё хорошее» и надо поступать «по-божески».
Так что проблема не в телеке, проблема в самом обществе. И поменять её возможно лишь вновь начав испытывать к другим людям доверие и отбросив примитивные позывы к конкуренции. Мы можем грызться друг с другом, а можем помогать друг другу становиться лучше.
Фолиант получился внушительным по объёму и, на удивление, содержит не так много воды, как может показаться на первый взгляд.
Зимбардо пытается угодить как можно большему количеству читателей (при условии, что они, конечно же, не из администрации президента Буша): книга посвящена обзору всей деятельности профессора, посвященной влиянию ситуации на поведение личности. Здесь и подробное описание Стэнфордского тюремного эксперимента, и плачевное положение дел с военными преступлениями американцев во Вьетнаме и Ираке. Есть даже скромненькая попытка провести анализ и классификацию человеческого героизма.
Ожидаемо, что большая часть книги посвящена ставшему уже классикой Стэнфордскому тюремному эксперименту. Приводится хронология событий, происходивших в течение неполной недели перед аварийной остановкой эксперимента.
К сожалению, на протяжении всего описания эксперимента не покидает ощущение, что самое интересное по тем или иным причинам в книгу не попало и осталось за кадром в виде ссылок на различные документы в обширном примечании к этому внушительному изданию. Подобное ощущение недосказанности возникает при прочтении всех глав этой книги.
Будучи американским автором, Зимбардо не может не повторяться. Тавтологии и вдалбливание полутора идей — бич всей американской литературы, так что это вполне ожидаемо.
Хуже всего складывается ситуация в главах с анализом СТЭ, их чтение больше напоминало пытку и вызывало желание забросить книгу из опасения, что вся вторая половина томика будет заключаться в повторении половины первой.
К счастью, дальше Зимбардо подробно описывает ситуацию в Абу-Грейб и других американских тюрьмах в Ираке и продолжает раскручивать системные проблемы вплоть до вынесения обвинений президенту Бушу. Что примечательно, до прямого осуждения развязывания войны на территории далёкой страны Зимбардо не доходит, хотя неоднократно намекает, что не стоило наверное так делать.
Эта часть довольно обличительна и содержит описания спонсирования структурами США откровенно фашистских режимов в Латинской Америке для противостояния распространению коммунизма. Очень смелые заявления для книги о психологии.
Завершает всё коротенькая глава с рабочей моделью классификации типов людского героизма. Сама модель вызывает вопросы, ещё больше вопросов вызывают люди, взятые как примеры героев того или иного типа (та же самая Мать Тереза). Конкретики и аналитики здесь уже совсем мало, но есть набор рецептов, как вырываться из власти ситуации.
В итоге получилась книга отлично аргументирующая ограниченность применимости диспозиционного подхода к личности. Окружающая действительность оказывает огромное влияние на поведение разных людей. В этом своём постулате и развенчивании мифов о внутреннем стержне великих личностей и героев (атлантов) книга получилась очень левой. Прямо Маркс и Ленин. «Бытие определяет сознание.», » Жить в обществе и быть свободным от общества нельзя.»
В общем и целом Зимбардо предлагает задуматься какие системы мы строим, как на самом деле распределяется ответственность за злодеяния окружающих нас людей, насколько тяжек грех бездействия. Возможно, раз уж мы подвержены влиянию окружения на себя, но и сами можем определять это окружение — стоит задуматься кто мы, где мы и куда хотим прийти, вместо ожидания, что всё наладится само собой.
Наконец-то что-то интересное опять стало просачиваться на большой экран. Наконец-то снова вернулось приятное ожидание при просмотре афиш кинотеатров. Когда я выходил из зала, мне хотелось прилюдно ликовать, даже чуть не пустился в пляс.
Маяк отлично делится на 2 во всём. В фильме 2 равнозначные чётко выделенные части, 2 ключевых фигуры, 2 мира — дня и ночи, 2 цвета, смешанных в изображении — это если перечислять только очевидные элементы.
Звук у фильма чудесен, сирена маяка играет свою зловещую роль с первых минут фильма. Архаичный говорок персонажей добавляет потусторонности происходящему.
Особенно понравился и запомнился окончательный слом сюжета во второй половине фильма. Скала с маяком превратилась в корабль, увлекаемый штормом в неизвестные дали. Нескучно и интересно.
Обилие отсылок добавляет слоев повествованию, и, как и любое хорошее художественное произведение, Маяк можно истолковать множеством различных способов.
Эггерс — молодец, есть теперь ещё за чьей активностью последить.
В дайджесте Мозилла с самыми популярными статьями года первое место заняла именно эта.
Символично, что написанная ровно год назад, она фактически подводит итог десятилетия взросления миллениалов. В статье очень подробно и доходчиво разбираются причины возникновения этого явления. Причём справедливы они и для нас.
Выгорание стало массовым явлением из-за повального стремления к собственной оптимизации, которое стало естественным следствием рыночной экономики, люди активней конкурируют друг с другом.
Наше поколение делает это куда более отъявленно, потому что воспитано родителями в духе «кто много работает — тот много получает», это работало и в США и в СССР, но не работает больше нигде. Капитализм с рыночными законами привёл к окончательному демпингу оценки (моральной и финансовой) всех усилий и труда.
Ради адаптации люди оптимизировались и стали винить себя за любые проявления отдыха. Жизнь превратилась в бесконечный список дел. Самое точное описание выгорания из всех, что я когда-либо встречал.
Короче, капитализм — говно. Пора выходить из гонки и получать наслаждение от жизни, ведь живём мы не ради работы. Хотя мне и казалось раньше, что я подобные рыночные вещи отвергаю, меня все равно зацепило.
Вот она — настоящая мехатроника и робототехника. Вещи, которые позволяют человеку, оставаться Человеком, расширять возможности своих бренных оболочек и восстанавливать утраченные функции организма, побеждая инвалидность.
Сам же докладчик говорит о том, что после ношения экзоскелета здоровым человеком, ноги кажутся тяжёлыми и каменными. Это наглядно демонстрирует границы целесообразности применения таких технологий. Хочешь делать больше, чем обычный человек, или восстановить утраченные конечности — пожалуйста, но если облегчать себе жизнь для повседневных задач без надобности, то мышцы довольно быстро атрофируются.
Почему не люблю всякие штуки и сервисы, которые пытаются думать и систематизировать за меня. Мозги работают также, способность хорошо помнить человечество уже потеряло с распространением интернета, а с приходом персональных ассистентов и советников под угрозой оказывается способность к анализу и принятию решений.
Всё это — личный выбор каждого, но именно возможность расширять физические возможности человека, равно как и его восприятие в своё время привлекла меня в профессию. Попытка заставить машины думать за нас в повседневной жизни кажется мне глубоко оскорбительной.
