Чего нашёл в архивах. Недавно как раз у Кинамании вышла серия про книги из 90-ых, где особенное внимание было уделено минской серии книжек про черепашек. Помню, насколько сильное было у меня недоумение вызванное и слогом, и происходящим в повести жестоким мракобесием.
Ещё одна книга, выросшая из паблика. Название несколько сбивает с толку, ибо в серии заметок, интервью и статей рассказывается скорее не о повседневной жизни в период радикальных перемен, а о развитии того или иного общественного течения, находившихся на периферии сознания жителей нашей страны.
Под одной обложкой собраны откровения коммерсанта, бывшего муннита, радикального эколога, члена арт-группы СВОИ2000, главы архивной службы. Отдельно рассказывается о распаде в Таджикистане и буме треш-литературы на постсоветском пространстве. Для всего происходящего перестройка, распад СССР и 90-ые являются общим фоном.
Удобный формат с заметками, посвящёнными конкретной теме, определённо, был выбран удачно. Некоторые статьи написаны не особенно интересно и качественно, в то время как над другими, очевидно, постарались.
Книгу стоит приобрести, несмотря на то, что многие из материалов в ней опубликованных находятся в свободном доступе в сети. Всё-таки движение с народным самиздатом — это хорошо и его надо поддерживать.
Такие проекты хоть чуть-чуть приподнимают авторитет социальных сетей типа Вконтакте в моих глазах.
Паблик, активно издевавшийся над средневековыми гравюрами разродился полноценный научно популярной книгой, в которой рассказываются истории возникновения всех активно используемых в сообществе изображений.
Надо сказать что эти истории зачастую гораздо интересней любого вымысла. Само явление маргиналий трудно укладывается в голове современного человека. Отсутствие границ в религиозных видениях средневековых активистов тоже порождает довольно большое количество казусов. Из относительно широко известной информации в книге обыгрывается перенос библейских сюжетов на современные средневековым художникам реалии. Грамотный переход к этой особенности каноничной средневековой живописи сделан из предисловия, которое резко осуждает судебные процессы по религиозной теме, мотивируя тем, что опираясь на традиции мы не понимаем, что самые строгие каноны появились именно в ХХ веке.
Забавно смотреть за развитием церковной цензуры в искусстве, начиная с почти полного её отсутствия, поиска выразительных средств для донесения своих идей до самого отсталого крестьянина, заканчивая жесткой догматизацией в ответ на появление протестантов.
Однозначно стоит приобретения.
Очень странная книга подвернулась в заграничном книжном магазине. Бегло пролистав томик, увидел там карты Сибири и Камчатки, аннотация повествовала о секретной научной советской лаборатории, спрятанной вдалеке ото всех. Я уже предвкушал забористую клюкву. А вот как-то и нет. Читать далее Колымские высоты
Это частично автобиографичное, по признанию самого автора, произведение повествует о небольшом периоде из жизни начинающего поэта Гордона Комстока. Во многом я узнал в нём себя.
Попытка отринуть мир денег и умышленное приземление себя в нищету приводят главного героя в знакомое состояние размышления только о деньгах и скрупулёзного подсчитывания всего, что его окружает. У Оруэлла отлично получилось передать саму модель мышления человека в таком положении. Очевидно, что он и сам перенёс это в своей жизни.
Концовка несколько драматичная и неестественная. Выбранная для своих творений Комстоком судьба меня несколько удручила. Да и вторая половина книги была уже в меньшей степени про меня.
А так это очень светлая история, посвящённая дружбе, верности, классовой ответственности и поискам человеком себя в мире полном противоречивых идеалов и всяких интересных штук, которые можно получить за деньги.
Книга, мягко говоря, ожиданий не оправдала. Чувство радости, что среди стоящих антиутопий ХХ века ещё остались непрочитанные, довольно быстро сменилось недоумением. Даже как-то странно.
Под обложкой — история о построении фашистского режима на территории США, написанная первым американцем, удостоившимся нобелевской премии по литературе. Правда не за это произведение, но издатель всё же решил добавить эту информацию на обложку, очевидно не посчитав, что книга самостоятельно сможет заработать достаточно популярности. Об аннотации с упоминанием Трампа на обороте в цивилизованном обществе и вовсе лучше умолчать.
На мой взгляд, книга собрала практически все недостатки американской литературы. Америка под властью корпо и сама партийная идеология у автора получилась очень хорошо и детально проработанной, обилие отсылок к американским политическим деятелям прошлого и настоящего должны были создать максимально насыщенную и детальную картинку происходящего, однако не получилось
Несмотря на обилие деталей, мир остался плоским. Во многом этому послужила манера автора оставаться в стороне от своих героев и иронизировать над каждым из них вместе и по очереди, что создало вокруг происходящего некий флёр игрушечности и несерьёзности. Может быть дело в довольно странной мотивации некоторых персонажей, особенно по глазам било отношение Мэри к местным представителям правящей партии после, мягко говоря, неприятной истории с её мужем.
Основные ощущения после прочтения книги: идея хорошая, в 1935 году автор во многом опередил своё время, но книга кажется очень несбалансированной, сырой и недоделанной.
Ещё одна книга с подбором эссе Оруэлла, по сравнению с той, что попадалась мне раньше, имеет только одно пересечение (про Свифта).
Подборка тут действительно интересная. В первом эссе Оруэлл громит Сальвадора Дали. Вскрывает покровы и в целом занимается, отчасти, забавным морализаторством, отчасти раскрытием покровов над моделью творчества, ещё более распространившейся в наши дни. В общем и целом, тезис Оруэлла таков — если убрать все откровенно эпатажные элементы из творчества Дали, то мы просто увидим хорошего ремесленника. Конечно же, интеллигенции и в этом эссе достаётся, на этот раз за поддержку Дали.
Ну а далее я начинаю видеть в Оруэлле родственную душу. Попытка создания своих классификаций людей, сортировка их воззрений по категориям. Попытки ввести свои новые термины, придавая значения старым словам. Ну а про желание постоянно быть в лагере проигравших — вообще в точку.
Послесловие, написанное нашим кандидатом философских наук, также исполнено перестроечных надежд, которые автор пытается донести до читателей с некоторым отчаянием.
Завершает сборник повестей Рыбаса очень нетипичное для советской литературы произведение. Занятно, что в конце перестроечной эпохи кому-то пришло в голову проанализировать последние годы жизни белого движения. Как будто скорый конец красного режима был уже настолько очевиден.
Книга является художественной интерпретацией исторических событий времён загнивания врангелевского Крыма. Поначалу кажется, что главный герой здесь — Нина, предприниматель, которая, несмотря на патриотизм распродаёт направо и налево зерно, оставляя и так не пирующий Крым без пропитания. Однако, ближе к концу книги становится понятно, что главным героем здесь является русский народ. При этом именно старого уклада, ибо о большевиках тут только говорят, сами они в книге лично не появляются.
Рыбас рисует картину полную парадоксов, патриоты-взяточники, спекулянты с тоской по родине, армия, уверенная в вопросах поддержания порядка, и совсем неспособная наладить экономику. Всё это на фоне отсутствия хоть какого-то взаимопонимания между людьми, который и себя-то понять не могут.
В целом, ассоциации с распадом СССР сквозят везде. С одной стороны грустно, с другой стороны: народ не изменился, как этого боялись интеллигенты и в целом остался таким же, как и 70 лет назад.
Один из тех редких случаев, когда экранизация получилась куда более сочной и цельной, чем книга-первоисточник.
Справедливо будет заметить, что команда Хотиненко несколько изменила правила игры в этом фантастическом мире, зациклив его на одном дне. Изменились отношения главных героев между собой, их социальный статус, отношение к родным. Если задуматься, то в экранизации остался только общий каркас да несколько сцен. Всё остальное было переработано.
Книга сама поднимает интересные вопросы, пытается показывать отношение людей из 1949 к тому, что ждёт их в будущем. Однако получилось всё как-то рыхло, и местами совсем непонятно. Некоторые сцены, как, например, перемещение Ревы на съёмочную площадку, кажутся лишними и ничего не дающими.
Но, если понравился фильм, то прочитать определённо стоит.
Довольно короткая повесть о буднях директора ремонтного салона АвтоВАЗа в подмосковной глубинке в начале 80-ых.
Она вроде бы как и ни о чём, рассказывает о моменте повышенной жизненной подвижности (когда постоянно занимаешься рефлексией и размышлениями над тем, как свою жизнь поменять) — такие периодически бывают в жизни каждого нормального человека. Всё произведение держится на деталях, а их тут много.
Немного природного колорита средней полосы России, мысли женатого директора, его дружба с главным инженером и периодическое желание подурачиться — всё это придаёт объёма истории, исполненной в классическом соцреализме.
Отдельной темой идёт вопрос о взяточничестве, избирательном применении законов и правил, и пределах личной ответственности каждого в этих сложных экономико-идеологических отношениях.
Лично для меня было своеобразной отдушиной то, что есть люди, которых действительно волнует нравственно-идеологическая сторона вопроса, пусть это и ремонт автомобилей.