Месяц: Январь 2026

Ветер амнезии

Стильная графика, бедная анимация, очень интересная тема, но раскрыта она из рук вон плохо. Вместо качественной научной фантастики, получился псевдофилософский нью-эйдж калейдоскоп.

Идея с потерей всем человечеством памяти и откате до первобытного состояния в 1990 году могла бы породить огромное количество интересных сцен и пищи для размышлений, но в этот раз обошлись без этого. К сожалению, задумав философскую ленту, сценаристы очень жёстоко обошлись с реализмом.

Один из немногих «прозревших» скитается по миру и встречает странную женщину (которой, а заодно и зрителям, рассказывает о том, что же с ним и миром происходит в неуклюжей экспозиции), которая босиком бегает по апокалипсису, который длится уже третий год. Скитальца это нисколько не смущает и он просто берёт её с собой в путешествие по США с запада на восток.

Забывшие всё на свете люди за эти три года отлично сохранились. Канибализма нет, гор трупов на улицах тоже — непонятно куда делись все умершие, и чем питались те, кто жил тут все эти три года. Даже электричество никуда не делось, видимо АЭС не взорвались, а ГЭС не сломались, автоматика сработала. Допустим.

А вот как люди смогли сохранить свою одежду в отличном состоянии, научиться пользоваться огнестрельным оружием и даже сложными роботизированными комплексами, забыв речь и письменность, вызывает лишь усталое недоумение.

Будут в фильме показаны и проторелигии (очень грубо и схематично), камень в сторону виртуального мира (который не долетает до цели из-за отсутствия деталей), и даже битва с боссом-роботом (у которого откуда-то ну слишком много полномочий для патрульного бота), но это всё лишь какие-то луддитские плевки в сторону технического прогресса, без какой-то базы, ничего кроме закатывания глаз не вызывающие.

Тут всё плавно подводит к концовке — ожидаемой уже примерно с двадцатой минуты фильма и весьма ленива со сценарной точки зрения.

Можно было бы сказать, что всё совсем плохо, но в результате все равно получилось недлинное медитативное кино с необычным взглядом на историю человеческой цивилизации. Подтянули бы анимацию, или сократили число экшен-сцен, было бы получше. А добавили бы реализма — вообще бы шедевр получился.

ЛМ-68 из 90-ых от ADV

Потёртый шик
90-ые
Декали смотрятся хорошо
Если не присматриваться к окнам, то даже более-менее целый

Собираемость была ужасной, хорошо, что по гарантии поменяли треснувшие стёкла. Декали хорошие. Так что в итоге получилось нечто очень старое и усталое, какими они были в детстве.

Голосовой помощник

Удивительное дело — для такого отечественного фильма собрали такой дурацкий трейлер, который не оставляет сомнений в том, что на экране 100 с лишним минут будет твориться отборный треш с ужасной игрой актёров. Тем сильнее удивление после просмотра, когда понимаешь, что посмотрел что-то без больших претензий, но на уровне Блюмхауса.

Начало у фильма — самая слабая его часть. В экспозицию персонажей режиссёр со сценаристом не смогли, поэтому первые минут двадцать фильма они просто бросают в пустоту бессмысленные фразы, изображая диалог. Да и обстоятельства, которые их всех привели в этот уединённый дом вызывают вопросы.

Однако дальше сюжет закручивается, предсказуемые моменты оказываются интересно обыграны и в историю наваливают с горкой мелких деталей, что очень радует. Да и сюжет быстро уходит от шаблонных фильмов про дома с бешеным ИИ.

Развязка истории неожиданно жёсткая, а самая последняя сцена хоть и кажется несколько неуместной, но непредумышленно попадает в тему ИИ-психоза.

Хороший отечественный фильм на вечер. Неожиданно.

Культурная индустрия

Иронично, что главу, повествующую о том, как культурные объекты стандартизуются и дробятся, напечатают отдельной книжечкой, которую можно будет отдельно оценивать на сайте для оценивания стандартизованных образцов печатной культуры.

Хоркхаймер и Адорно чутко уловили проблему, ловушку, в которую загнала себя человеческая культура. Став массовой — она стала индустрией и поставила выгоду во главу угла. И эта самая массовость постепенно убивает и снижает мыслительные затраты необходимые для восприятия тех или иных современных культурных объектов. Плюсом ещё они были современниками госпропаганды Геббельса. Разочарование в идеях Просвещения в таких условиях неизбежно.

Несмотря на недавнее 80-летие, эта работа Франкфуртской школы представляет из себя отличную отправную точку, слепок времени, когда клишированность мышления только начинала набирать обороты. Культурная индустрия — это анализ состояния, предшествовавшего победившему «обществу спектакля» и постоянного ускорения, о котором из современников хорошо пишут Бён-Чхоль Хан и Алексей Соловьёв.

Актуальность у идей в книге за прошедшие годы нисколь не снизилась, разве что теперь, поголовное упрощение и стандартизация всего культурного стали заметны невооружённым глазом. Крупные акционерные общества, контролирующие международные холдинги, настолько не хотят рисковать, что выдают такую преснятину, которая отталкивает даже преданных фанатов из прошлого.

Единственное, чего Адорно с Хоркхаймером не могли предусмотреть — это демократизация медиа, появление Интернета и возможности каждому заниматься творчеством, жаль только, что в подавляющем большинстве случаев, вместо этого все создают контент. Вот о том, как искусство стало контентом в этом эссе и написано.

Есть ли надежда? Она теперь на энтузиастах или, скорее, на ожидании того, что какой-то общественный сдвиг сильно изменит культурный ландшафт человечества. Ибо всякие подпольные зины и прочие андерграундные объединения даже получив простые и дешёвые средства для распространения своих творений, попросту тонут в потоках штампованного контента. Каждый может баллотироваться в президенты, но далеко не у каждого есть деньги на предвыборную кампанию.

Это эссе позволяет попробовать представить мир до того, как масскульт победил, пускай и со слов тех, кто сам застал это время в своём детстве.

Октябрь

У Мьевиля в одной книжечке получилось то, что иноагенту Зыгарю и в трёх не удалось — коротко, но при этом достаточно детально восстановить картину последних дней Российской Империи и Временного правительства.

Как и в Империя должна умереть, в Октябре даётся краткая история того, что происходило в последние годы и, особенно, месяцы существования Российской империи. Вот только тут у автора получается справиться с задачей в рамках одной небольшой книжечки.

Здесь так же есть додумывания кто с какими эмоциями что сделал, но зато нет морей цитат Гиппиус, да и Распутину места уделено крайне мало. Фантаст Мьевиль сосредоточился на балансе политических сил в Петрограде 1917 и не прогадал.

Понятно, что найти непредвзятую книгу на подобную тему крайне сложно, здесь автор не скрывает своей левизны, однако и Керенский с Николаем у него получились не олигофренами, а вполне себе адекватными людьми со своей мотивацией.

Большой глубины от книги ожидать не стоит, но как отправная точка для интересующихся Русскими революциями — это отличный вариант: коротко и интересно.

Плохой Санта

Классика рождественского кино.

Ещё в начале нулевых американцы шутили про политкорректность и то, как ей пользуются всякие нечистые на руку элементы.

Простая, но при этом милая, чёрная комедия с обилием пошлых шуток о том, что наивность иногда может играть на руку ничего не подозревающему её обладателю.