Книга звука

Отличное научно-популярное издание на не очень почему-то популярную в мире тему.

Вопросам отношения человека с окружающими его звуками всегда уделялось меньше внимания, чем, скажем, восприятию зрительных образов или запахов. Поэтому книга остаётся актуальной даже несмотря на свой шестилетний возраст.

В книге Кокс рассматривает механизмы возникновения интересных звуковых эффектов в различных естественных и рукотворных сооружениях и пытается найти им объяснение в рамках акустики.

Манера изложения у Кокса очень лёгкая и простая в усвоении. Книга получилась несколько автобиографичной, так как изобилует описаниями экспедиций в дюны, болота, заброшенные постройки, камеры сенсорной депривации и лагерь молчаливых медитаций. В процессе прочтения невольно завидуешь Коксу, имеющему такую интересную и насыщенную жизнь. Принадлежность к исследователям невидимого мира выглядит как членство в тайном клубе. Хотя, наверное, так и есть.

В процессе рассказывается про увлекательные места с необычными акустическими параметрами, про методы расчёта акустики помещений при строительстве, про методы исправления акустики, где всё пошло не так, про современный саунд-арт, про шумовое загрязнение городов и сёл, а также про методы борьбы с этим загрязнением. Отдельное внимание уделено именно восприятию звуков человеком.

Будучи науч-попом, книга подробно не разбирает ответы, но при этом содержит неплохой список источников для тех, кому захочется поподробней разобраться в вопросе. Я бы рекомендовал использовать её как отправную точку в путешествии в страну звука, которая позволит дать общее представление о текущем положении дел и наметить основные вопросы, которые стоит себе задать, подкрепив это списком достопримечательностей и курьёзных случаев.

Ну и, конечно, отсылками на то, что он — британец.

Astronomia

Русские корни у оригинального мотива многое объясняют в плане качества его doomercore кавера.

Только недавно вчитался про сам мем и реальных танцоров с гробами. В виду всеобщего весеннего карантина — это самый развитый мем в истории. Очевидно разделение всей мемосцены на до и после.

К тому же, он так хорошо по смыслу резонирует с общемировой ситуацией.

Орнамент массы

Эссе Кракауэра, написанные уже почти 100 лет назад, обнажают один из наиболее остро стоящих сейчас вопросов — система капиталистического производства уткнулась носом в псевдорациональность и буксует, не принося радости и не думаю ни о ком, из своих звеньев.

Наблюдение для тех лет свежее, однако в нём практически полностью отсутствует как анализ причин, так и попытки поиска выхода из сложившейся ситуации. В итоге воз и ныне там.

Остальные его работы в данном сборнике местами трогательные, местами напоминают брюзжание. Рассмотрение фотографии, как изначально неполноценного способа описания реальности, ведущего к её деконструкции вызывает скорее сочувственную улыбку.

Тон повествования во многом напоминает Зебальда, наблюдения отстранённо умиротворённые и приятные. Правда, иногда пробивает брюзжание автора, вызванное его элитарностью.

Вход в лабиринт

Достаточно оригинальный образец советского детектива.

Параллельность действия в двух временных промежутках и плавные переходы от Парацельса к Муромцеву создают такую приятную сюрреальность аполитичного перестроечного кино.

Где-то травят милиционера ещё никем не открытым транквилизатором, а когда-то Гугенгейм убеждает серых современников-горожан, что кровопускание — не лучший метод лечения большинства болезней.

История, конечно, получается странной — бравый милиционер расследует кражу у воров, а плохие парни в конце вроде бы и побеждают, но не всё так однозначно. Хорошие персонажи гибнут, что станет с плохими и вовсе неясно.

Получился интересный срез жизни. Вечная борьба добра со злом, истины с заблуждением становится основным мотивом сериала, это приглашает посмотреть на происходящие в нём события в обеих эпохах с некоторого отдаления. Очень интересный эффект получается.